- С какой еще кошкой? - обалдело уставился на него Снегирев.

- Ты хорошенько приглядись к ней: вылитая черная кошка. И повадки кошачьи...

- То стриж, то гарпия, теперь черная кошка... завтра медведицей обзовешь. Катись ты, братец, подальше! Вместе со своим нонсенсом... Что хоть это такое?

Коля не ответил. Он и сам толком не знал, что такое "нонсенс".

На следующий день Васе не захотелось идти в школу. Ему захотелось положить на голову мокрое полотенце и весь день пролежать в постели. Но родителей не проведешь. Есть такая точная штука - градусник. Сунут под мышку - и он сразу определит, болен ты или нет.

Скрепя сердце Снегирев отправился в школу. По дороге он подумал: может быть, Люся заболеет и не придет на занятия? Но сразу же эту мысль отогнал: Иванова жила на Севере, и ее никакая ангина так просто не возьмет. И даже грипп. Она, видать, закаленная.

Люся уже сидела на месте. Она еще не успела как следует познакомиться с ребятами и поэтому первое время в основном держалась у своей парты. Зато Снегирев каждую переменку от звонка до звонка проводил в коридоре. Изучил лица всех великих химиков и физиков, портреты которых были развешаны на стенах. И среди них обнаружил лишь одну женщину: Марию Склодовскую-Кюри. Глядя на нее, вдруг подумал, что у нее есть что-то общее с этой... новенькой. Почему ее Северцев прозвал черной кошкой?..

Люся подняла на Васю большие карие глаза и тихо сказала:

- Доброе утро.

Снегирев опешил. Никто из девчонок еще так не приветствовал его. Люся смотрела на него и ждала.

- Привет, - вяло поздоровался Вася и посмотрел на Колю. Тот подмигнул ему со своего места:

- Ты, братец, становишься джентельменом!

- А разве это плохо? - взглянула на него Люся.

- И спросила кроха: что такое хорошо, что такое плохо? - ухмыльнулся Северцев.

- Маяковского ты помнишь, а вот что такое "патриархат" и "матриархат", не знаешь! - сказала новенькая.